Апокалиптическая технотология Питера Тиля и страхи по поводу ИИ

Image: The Gospel according to Peter (Thiel) · Source

Питер Тиль объединяет апокалиптическую христианскую эсхатологию с опасениями по регулированию искусственного интеллекта, предупреждая, что усилия по достижению «мира и безопасности» могут проложить путь для Антихриста и несправедливого мира, в противоположность подходу эффективного альтруизма, ориентированному на риски.

В серии засекреченных частных лекций и опубликованном эссе в религиозном журнале First Things миллиардер и технологический предприниматель Питер Тиль раскрывает сложный апокалиптический взгляд на мир, объединяющий теологию, технологию и политику. Он помещает свои опасения в контекст изучения эсхатологии — «последних вещей» — сосредотачивая внимание на фигуре Антихриста как центре нынешних дебатов об ИИ и общественной безопасности.

Тиль противопоставляет себя движению Эффективного Альтруизма (EA), которое стремится предотвратить катастрофические экзистенциальные риски, такие как апокалипсис, вызванный ИИ, путем приоритетного обеспечения широкого, долгосрочного благополучия человечества. Вместо этого Тиль рассматривает акцент EA на «мир и безопасность» как лозунг Антихриста, ссылаясь на библейские места, такие как 1 Фессалоникийцам 5:3, предупреждающие, что ложное чувство безопасности предшествует трудностям в последние времена.

Он опасается, что стремление к миру любой ценой рискует привести к «несправедливому миру» — теме, прослеживаемой в размышлениях о аналогиях холодной войны и апокалиптических христианских текстах. Тиль предлагает, что сейфтинизм — регулирующая осторожность по отношению к ИИ и технологическому развитию — отзывается концепцией «удерживающего» (катехон) в библейской теологии, которую он связывает с такими фигурами, как Энтони Фаучи, и шире с движениями, стремящимися ограничить технологические разрушения.

Теологический нарратив Тиля включает критику ключевых фигур и институтов. Контроверсиально он намекает, что поздний папа Бенедикт XVI косвенно понимал приход Антихриста, в отличие от нынешнего папского руководства, которое, по его мнению, скомпрометировано политическими и идеологическими влияниями. Он также выдвигает теории, связывающие финансовые регуляторные системы, Международный уголовный суд и климатическую активистку Грету Тунберг с его видением сил, связанных с Антихристом.

Несмотря на глубину своих богословских отсылок — от святого Августина до малоизвестной средневековой теологии — взгляды Тиля соответствуют классической американской евангельской апокалиптической традиции, подчеркивая разделение между спасёнными и осуждёнными и приоритет личного спасения над коллективным прогрессом. Аналитики отмечают, что сочетание Тилем высоких технологий и фундаменталистской эсхатологии вписывается в зарождающиеся религиозные возрождения Кремниевой долины, но выделяется своим пессимистичным и радикальным подходом.

Такая позиция противоречит доминирующим опасениям по безопасности ИИ, высказанным многими исследователями ИИ, которые предупреждают об экзистенциальных рисках и выступают за жёсткое регулирование. Тиль же, напротив, предупреждает, что такое регулирование может непреднамеренно усилить видение Антихриста о «мире и безопасности», которое на самом деле подрывает истинную свободу и прогресс. Его уникальное положение как богатой и влиятельной фигуры Кремниевой долины придаёт его апокалиптической теологии значительное культурное и политическое влияние, формируя дискурс вокруг ИИ, технологий и будущего общества.